Ольга Кушлина

Родилась в Самарканде в семье ссыльной интеллигенции. Так начинала все свои автобиографии, из-за чего однажды меня не приняли на работу. Проведя в общей сложности лет десять в Москве, а потом столько же - в Питере (в Ленинграде - ни дня), все равно считаю себя провинциалом, видимо, по складу характера. Училась, а потом работала в Душанбе на университетской кафедре с изумительным названием - "Всеобщей литературы", всеобщую литературу и преподавала, несмотря на то, что даже смолоду не испытывала потребности кого-то чему-то учить. Обреталась между двумя городами, поскольку архивы и библиотеки были в столице "всеобщей" тогда родины (аспирантура и докторантура в ИМЛИ, стажировки в МГУ, летние месяцы в Ленинке и проч.). Развлечения ради вела в местном журнале "Памир" отдел архивных публикаций, пользуясь тем, что цензоры не знали не только Мандельштама-Хармса-Крученыха, но и попросту - русского языка. Потом наш убогий журнальчик за что-то похвалили на "Би-би-си" и вольница закончилась. Но скоро и времена изменились, я окончательно перебралась в Москву, а потом в Питер.

С туркестанских лет сохранила пристрастие к эпистолярии как самой корректной форме общения. Когда стало возможным не только писать, но и печататься в вольном стиле, оказалось, что мне безразличен жанр - статья, рецензия, эссе, рассказ, автобиография (впервые пишу не казенную). Это внешняя и условная оболочка, на самом деле - все равно получится письмо, причем послание конкретному адресату.

Сейчас единственного читателя, для кого сочиняла всякие истории, чтобы просто позабавить, или объяснить некоторые тонкие вещи, что в лоб понять трудно, - уже год как нет, и я писать прозу не могу, хотя сюжеты идут внахлест, и постоянно во мне кто-то разговаривает на разные голоса. Но может быть, поэтому решилась на публикацию. Трудно говорить в пустоту.

(с)