Книгу Лапина «Плоскость и пространство, или Жизнь квадратом» можно считать продолжением широко известной теоретической работы Василия Кандинского «Точка и линия на плоскости». Главная заслуга Кандинского (и главная трудность при чтении его книг) в том, что он говорит не столько о сознательном, сколько о бессознательном восприятии изображения на картине. Последнее всегда было основным препятствием на пути создания подлинной теории искусства.
Книга Лапина в этом смысле продолжает идею приоритета бессознательного. Восприятие плоского изображения, в частности, картины складывается из двух восприятий. С одной стороны они совершенно не совместимы, а с другой — неразделимы. У Лапина — это рациональное (конструктивное) восприятие и зрительное (композиционное). Первое сознательное, второе бессознательное.
